Полтора года назад районную газету "Истоки +" покинул редактор, долгое время занимавший эту должность - Виталий Тришин. Покинул и уехал в Санкт-Петербург. И вот тут-то зажил новой жизнью его Инстаграм. Замелькали в ленте знаменитые на весь мир строения, храмы, памятники и просто яркие сочные питерские фотографии. Каково же было мое удивление, когда из этой же соцсети я узнала, что Виталий решил освоить профессию повара.

И не только решил, но и освоил. Теперь он - повар-универсал 4-го разряда в кафе при гипермаркете "Лента". Притом по результатам работы за III квартал 2020 года фото Тришина поместили на Доску почета, а сам он получил грамоту за победу в конкурсе "Лучший сотрудник торгового комплекса" в номинации "Лучший сотрудник производства". И это журналист по профессии, психолог по образованию.

В декабре Виталик приехал в Турочак в небольшой отпуск. По дружбе я могу его так называть, да по-другому и не хочется теперь. Не получается. Все дело в том, что в Храме, на Божественной литургии, где мы встретились, предо мной предстал совершенно другой человек. Вы, наверное, подумали - большой, тучный, наевший дополнительные бока повар?! Вот и нет, все как раз наоборот - стройный, подтянутый, юный, бодрый, вдохновенный, с горящим взглядом человек. О том, как изменилась жизнь Виталия Тришина, мы и решили поговорить.
- Виталик, расскажи, почему Питер?
- Красотой этого города я покорен давно. Помню, когда мне ещё было 12 лет, я любил рассматривать фото, буклеты, открытки, привезённые мамой из Ленинграда. Навсегда врезались в память дворцы, огромные площади, сады со скульптурами и Петергоф весь в золоте и с бесчисленными фонтанами. Наверное, тогда всё и произошло… В Питере я был 27 лет назад, 20-летним, увлечённым вегетарианством, музыкой группы "Nirvana" и влюбленным в мою будущую жену. Это было ещё до университета, до прихода в Храм. С тех пор я не был в Питере и лишь мечтал вновь побывать в этом граде на Неве. Все уже побывали там: и супруга, и сестра ее, и сын там учился, а я вот как-то не ездил больше. Но, говорят, существует правило, что если уж побываешь в Санкт-Петербурге, то обязательно влюбишься в этот город и рано или поздно туда вернешься. Так вот и со мной произошло. Дочь моя - юный художник, колледж закончила в Москве театрально-художественный, но будущее свое она видела только Питере. И если в Москве было кому за дочерью приглядеть, то в северной столице нет. Вот потому Мария Николаевна, жена моя, согласилась отпустить Аню так далеко только со мной. И я, не раздумывая, поехал.
- Все, кто увидел тебя спустя долгое время, первым делом отметили, как ты похудел. Как это тебе удалось, повара вроде наоборот страдают лишним весом?
- Ты знаешь, за это время со мной произошла мощная трансформация. Такое ощущение, что Питер вернул мне прежнее тело. Работая физически, я стал выносливее, активнее и сильнее. Чего я не мог бы сказать о себе год назад. В Турочаке я жил беззаботно и счастливо - жирнел, как кот, передаваясь праздности и лени. Мой вес лет десять точно был около 85 килограммов. В прошлом году я отъелся до 89. Сейчас вешу 71. Мне легко и хорошо, а главное - море энергии! На самоизоляции впервые за много лет я стал делать зарядку и принимать контрастный душ.
- Но разве готовка у плиты - это настолько активная работа, чтобы сбросить почти 20 килограммов?
- Ну, конечно. Ты же все время на ногах. Сидишь только когда журналы бракеражные заполняешь. Очень много движений приходится совершать. Особенно когда много людей. А движение - жизнь. Эта фраза работает! Меняя свою телесность, меняешь своё сознание.
- Но почему ты решил отучиться на повара? Как занесло именно в эту профессию, настолько далекую от психологии и журналистики?
- Кухня - одно из проявлений личности. Психология, кухня, журналистика. Поели, пообщались, сделали заметку. А вообще, кухня меня привлекала с детства. Помню, как когда мне было 8 лет, бабушка попросила помешать манную кашу на плите, чтобы не пригорела. С тех пор вот так и стою у плиты. А еще наблюдал за родителями. У всех, оказывается, в какой-то степени кулинарный талант.
Мама превосходно готовит, голодным никого не оставит. Такое застолье устроит, что на всю жизнь запомнишь! Отец - мастер в приготовлении шашлыка и харчо. Одно из детский воспоминаний, как он украшает блюдо перед подачей. Для себя я это взял за правило.
- Так почему же тогда еще юности не пошел учиться по велению сердца на повара?
- Помню, в девятом классе начиналась профпрактика. Кто-то попал на слесарное, кто-то на швейное, кто-то на кулинарное дело. Мне было завидно, потому что я на столярке оказался, а хотелось кулинарить. А родители вообще убедили идти в медицину. Так я поступил в Алтайский медуниверситет на педиатрию. Проучился год и бросил. Зато именно там мы познакомились с моей женой Марией. Так вот прогулял я без учебы год, не очень хорошо было, особенно первого сентября - тоска по учебе.
Но несмотря ни на что, и даже на тот факт, что брат один обучился в кулинарном училище и хорошо пек торты, вторым вариантом для получения профессии я выбрал психологию. Однако вся научная деятельность была целиком связана с питанием. Одна из моих курсовых назвалась "Психодиететика как ключ к эмоциональному равновесию". Речь в ней шла о воздействии на психику человека посредством сочетания пищи. Есть пища, которая возбуждает, есть та, что успокаивает. А диплом назывался "Психологический портрет больных с психосоматическими заболеваниями ЖКТ". В нем изложены исследования людей с болезнями желудка, двенадцатиперстной и толстой кишки и т.д.
- О, психосоматика - мое любимое. Считаю, что все болезни абсолютно имеют психологическую подоплеку. А можешь какой-нибудь пример привести?
- Ну, например, люди с гастритом обычно желчные, и в прямом и переносном смысле, всех подкалывают, им свойственно чувство безответственности, желание сваливать все на других. А колитчики все такие в себе, от них зимой снега не допросишься. Но это так, навскидку. И я полностью согласен, что все болезни связаны с питанием, и даже лечение начинается с диеты. А психология мне была интересна, потому что это лечение словом.
Кстати, ты задумывалась, что все глобальные вещи интереснейшие решаются за столом? На кухне человек раскрывается. За столом ему ничего не угрожает. Еще по древним законам, если человек враг, но разделяет с тобой трапезу, его не могут убить. Это считалось страшнейшим преступлением. А вспомни Ивана-дурачка из сказки. Там он Бабу-Ягу просил сначала его накормить, напоить, а потом уже в печь отправлять. Человек пока базовые потребности не закроет, не раскроется тебе, будет в айкидо психологическое играть. Поэтому мне нравится, когда в психологических кабинетах фиточаи, кофе. Снимаются зажимы и человек выдает информацию о себе. Я чувствую эти взаимосвязи - телесная и душевная часть. Вот если взять массаж, воздействие на мышцы, точки, то он, так или иначе, действует и на психическое состояние. То же самое и с пищей.
- Расскажи поподробнее о курсах, которые ты закончил?
- Ну, это был трехмесячный мощный теоретический курс. Технология приготовления пищи и серия лабораторных работ. Два дня в неделю. Помимо кулинарного образования мы получили еще и культурное. Рассказывая о блюдах, преподаватели приводили в пример гастронимические пристрастия Пушкина, Гоголя с его старосельскими помещиками и так далее. По окончании нужно было сдать экзаменационное блюдо и отработать производственную практику в ресторане. На выбор нам предоставили много вариантов. Я попал в шикарный ресторан мировой сети "Олимпия гарден", и считаю, мне повезло. В нем отчетливо прослеживается влияние финского, много рыбных продуктов. И сам готовил, и наелся.
Знаешь, меня поразило, что в ресторане меня встретил сам шеф-повар, сразу повел показывать место работы, где что есть. Я себя чувствовал как Али-Баба, который попал в сокровищницу. Всякие шафраны, запахи, просто как вхождение Богородицы в Храм для меня, святая святых. Шеф сразу сказал при необходимости обращаться к поварам, представил куратора, все на уважении. Вот это я понимаю - уровень. А то обычно кинут, и сам выгребай.
- И кто там работал еще вместе с тобой?
- Помимо штатных поваров было много молодых ребят - практикантов. Кто-то из кулинарного техникума, кто еще откуда. Видно, ресторану так выгодно.
- Что запомнилось из практики больше всего?
- Помню, что у меня не оказалось поварского ножа. Первый вопрос был: "У тебя нет ножа?!" Купил. Для них это значимо. Это ж твой рабочий инструмент. Они острые, как бритва, а потому есть особые законы в использовании поварского ножа, такие же непреклонные, как правила перехода через дорогу. Нужно всегда смотреть, как ты режешь, разговаривать и отвлекаться нельзя. А то без пальцев останешься.
- Какое блюдо произвело впечатление?
- О, это уха по-фински! Для нас классическая уха - это речная рыба, картофель да лук с зеленью. А тут красные сорта рыбы, картошки незначительно, лук порей, помидорки, как ни странно, сливочки, и в конце очень аккуратно вводится лимонный сок. Так, чтобы сливки не свернулись. Лимон потрясающий оттенок вкуса дает. Самое интересное, что супы в ресторанах составные. То есть берешь уже готовый рыбный бульон, доводишь водой до нужного объема, добавляешь картошку, уже сваренную. А рыбу закладываешь в самом конце. Выглядит все свежо, никаких хлопьев, красиво.
- А когда в "Ленту" устроился? На каком этапе?
- А практически сразу, как начались курсы. Я сразу предупредил, что готов работать, но два дня в неделю буду учиться.
- Трудно на работе?
- Сейчас нет. Первоначально было тяжеловато. Это как спортсмену изначально тяжело делать подходы. Я же в основном в социальной сфере работал, в образовании, а тут физические нагрузки. Дома в Турочаке, конечно, был знаком с физическим трудом: дрова рубил и так далее, но, почему-то организм мой так на это не реагировал. А тут каким-то образом - бах, и начало все гореть - лишние калории не откладываются. Постепенно количество часов увеличивалось. Под новый год и по 12-14 часов работали. Нам, конечно, все компенсировали. И только зарплата начала расти, как коронавирус грянул. Вообще, деньги делаются в Москве, конечно, не в Питере, но жить можно. Не зря его сравнивают с деревней, там спокойно. Поэтому и близко мне. Он понятен.
Вообще, график два через два, но, бывает, подменить приходится. Бывало, и пять дней подряд работал, и шесть, ночные смены. Зато была возможность подработать продавцом и в мясном, и рыбном отделе. Это тоже для меня не в новинку оказалось. Помню, в 1995 году был опыт работы на рынке со свининой. Друг реализовывал. Я так легко пошел, заработал денег, пошел на свадьбу к другу и все, что заработал, подарил.
Последнее время я работаю как гриль-мастер. За день готовлю порядка 50-60 курочек, шашлыки различные: бедрышки, голени, крылышки, цыпленок табака, по-кавказски. Повар - это ж не только что на огне делаешь, есть цех предварительной подготовки. Например, как-то раз я варил за день около тысячи яиц, которые нужно было потом почистить, сделать заготовки. Мы же еще в гастрономию часть продукции поставляем. Люди под Новый год в очередь выстраивались за оливье, за селедкой под шубой. Покупали контейнерами.
- А как взяли тебя без образования?
- Когда поставили, дали стажировочное задание, посмотрели на меня и дали добро работать.
- Что готовил, с чего начинал?
- Пиццы разных видов. Научился делать классические - тонкие, круглые. В печах специальных, где температура 250-260 градусов. Делается минуты за три. Еще бургеры с котлетами, с разными начинками. Есть же технологические карты, где все прописано. По ним все и делаешь.
- Бургеры?! Не противоречит твоей гастрономической философии их готовить?
- Нет. Мы же едим картошку с хлебом. Если ты просто ешь бургер - это одно, а если запиваешь сладким напитком, то другое. Съедаешь больше калорий.
- А вне работы тоже что-то интересненькое готовишь?
- Если для себя, то обычно ем обычную еду. Дома прибиваюсь по веган-фуду. Повар включается, когда гости приходят.
- Чем порадовал домашних, когда приехал?
- Вчера делал типа Том ям, это такой тайский суп. Там были стебли бамбука, креветки, кокосовое молоко. Ну, а-ля Том ям, импровизированный. В этом плане я человек творческий, могу отступать от канонов. Уху по-фински сделаю обязательно!
- Как думаешь, есть разница между поваром мужчиной и женщиной?
- Рестораторы больше мужчины, а женщин в производстве больше. Женщина монотонную работу легко переносит. Вот, например, лепит из теста булочки, а до того - тесто замешивает в огромном объеме. Заходишь на пекарню, смотришь - одно и то же действие часами. Мне б с ума сойти.
- Не чувствуешь, что вырастаешь из "Ленты", не желаешь перейти в ресторан?
- Хотелось бы. Все впереди.
- Климат как тебе?
- Мне нормально. Есть мифы, что Питер мрачный, холодный, дождливый. Честно говоря, зиму пережили, снег почти не видели. Насчет ветра, если в определённом месте оказаться у Финского, то дует, а так не сказал бы. Но это и в Барнауле так в определенных местах города. Питерскую привычку полностью обматываться шарфами я так и не завел.
- Удалось реализовать в Питере еще какие-то желания?
- Да, конечно. Много музыкантов повстречал лично из старой рокерской тусовки, которых только по телевизору видел. Много завершил незавершенок, например, посетил могилку своего деда.
На окраине села Лисино-Корпус, что в 70 км от Питера, находится Мемориал - место братского захоронения 772 воинов, среди которых покоится Тришин Егор Филиппович - мой названный дед, герой, фамилию которого я с честью несу. Историю, что где-то под Ленинградом могила любимого Егорушки - первого мужа моей бабушки, Клавдии Ефимовны, я слышал от нее не раз, вглядываясь в лицо молодого красивого человека в военной форме, что смотрел на меня с фотопортрета, размещенного над её кроватью.
Проснусь, бывало, ночью, а она не спит, тихо молится да своего Егора вспоминает: "Далеко ты от меня, не увижу я и могилку твою". Всплакнёт украдкой. Я спрашиваю: "Что не спишь?" " Да, ничего, внучок, спи, спи... Всё хорошо", - отвечает бабуля.
Жили мы сначала на улице Молодежной в Барнауле в двухквартирном частном доме, за стенкой Иван Егорыч - старший сын, как две капли похож на своего отца. Геннадий - средний брат взял что-то от Лозгачевской породы - жил с семьей на родине своего отца в Шарчино и Гришинском Мамонтовского района. Мой отец Виктор - чёрный как смоль - Тришин по фамилии. Фамилия, как мне казалось, редкая. Всё приходилось слышать: да не Гришин я, а Тришин! Первая буква "т". Затем переехали на Сулиму - получили квартиру ветеранскую, бабушке дали как вдове участника войны. Вот там-то, в новой квартире я и узнал из рассказов бабушки про Егора Филипповича. Что призвали его совсем молодым, а до войны он работал ветеринаром, а потому и был определен ветфельдшером в 87-ую кавалерийскую дивизию.
- Расскажи поподробнее про эту дивизию.
- Дивизия была сформирована в Барнауле в августе 1941 года. Воевала в составе частей Волховского фронта. Прорвав оборону противника, прошла с боями по его тылам в январе 1942 года. В январе 1943 года была преобразована в 64-ю гвардейскую стрелковую дивизию. При прорыве блокады Ленинграда наступала на главном направлении - от Пулковских высот. Всего более 50 тысяч алтайских солдат в составе трех сибирских дивизий, специально переброшенных на Ленинградский и Волховский фронты, принимали участие в обороне Ленинграда.
15 февраля 1942 года около с. Конечки оборвалась жизнь Егора. Многие бойцы тогда погибли в неравной схватке с врагом. Пришлось отступать. Дивизия была почти разгромлена. Погибшие бойцы нашли своё последнее пристанище в братской могиле в Лисино-Корпусе, вдали от малой родины - Алтайского края. Где Ленинград, а где Алтай?! Вот и для меня, когда я слышал о могиле деда, это было так далеко, и воспринималось как что-то не реальное для того, чтобы увидеть. Скудную информацию о месте захоронения бабушка узнала через военкомат.
Уже в наше время посредством интернета я нашел место, фото Мемориала и даже копии документов на бойцов. И вот ещё что - я узнал, что музей боевой славы 87 кавалерийской дивизии находится в 84 школе, где я учился с 6 по 11 класс. Мы посещали этот музей, но я понятия не имел, что именно в этой дивизии служил мой дед, который погиб под Ленинградом.
- И вот появилась уникальная возможность…
- Когда я в прошлом году прибыл в Санкт-Петербург, то нашел Лисино-Корпус на карте и вознамерился съездить на место захоронения. Не удалось - помешала эпидемиологическая обстановка, ограничительные меры, в том числе и по транспортному сообщению.
Только в сентябре того года в день начала блокады Ленинграда я выехал на электричке к тому месту, о котором не раз слышал с детства. Всего 1,5 часа - и я в Лисино. Час ушло на пересечение села, и вот оно, заветное место. Сердце заколотилось, а из глаз вырвались слёзы при прочтении строк на памятном стенде, гласящих, что здесь похоронены бойцы Алтайской кавалерийской дивизии, Барнаульского кавалерийского полка! Каково мне, барнаульцу от рождения, читать такое под Питером. Потрясение.
И вот я уже стою около мраморных плит, на одной из них фамилия Тришин и инициалы Е. Ф. "Ну, что дорогой Егор Филиппович, вот и свиделись, - подумал я, - поклон тебе от Клавдии и от твоих деток. Все покоятся. Мы с отцом, Тришины по фамилии, храним память, как и все твои внуки". Постоял, почитал заупокойную литию, отойдя в лесок, поел гречневой каши, что привёз с собой для помина. Набрал земельки, чтобы отвезти на могилу бабушки, поклонился и пошел обратно на железнодорожную станцию, чтобы успеть на поезд до Питера. Мой гештальт был завершен.
- В соцсетях ты называешь Питер домом…
- Да, я не оговорился. Питер стал для меня домом. Также, как и Турочак, и Барнаул.
- И новый дом позволил тебе еще больше любить Турочак?
- Да, у меня как будто карбюраторные решетки промыты. Сейчас приехал и мне все нравится, все красиво. Не то чтобы нет проблем, просто они меня не касаются.
Полина Рябова
Интересный материал? Подпишитесь на наш канал в Telegram https://t.me/listock04 , чтобы получать больше интересных новостей.

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 5.00 (4 голосов)